В издательстве «Одри» перевели книгу Себастьяна Жондо был телохранителем, водителем и верным помощником Карла Лагерфельда. С большой симпатией Жондо рассказывает о своем боссе, с которым он сотрудничал более двух десятилетий. На русском языке книга будет опубликована в августе, а до этого, с согласия издательства, публикуется фрагмент с воспоминаниями о любимых галереях и магазинах Лагерфельда.
Работа с Карлом быстро ознакомила меня с парижскими местами, где он часто бывает: галерея Марсилака, галерея Анн-Софи Дюваль, галерея Валуа, галерея Жака де Во, галерея Крео. Среди антикваров, окружающих нас повсюду, он непрестанно ищет какие-то предметы и иногда берет их в аренду для съемок. Галеристы знают, что в большинстве случаев – примерно в 90% – он в конечном итоге решится на приобретение. В остальных 10% ему дарят то, что понравилось. Он часто посещает ювелира Лидию Куртей и в бутик Colette. Он знаком со всей семьей флориста Лашома. В бутике Dior Homme он регулярно покупает вещи от Эди Слимана, а затем от Криса Ван Аша, занявшего его место. Когда Эди Слимана назначили креативным директором Дома Yves Saint Laurent, Карл немедленно отправился туда и приобрел множество предметов. Эди даже придумал для него специальную, вышитую этикетку, поскольку Карл не переносит обычные этикетки YSL. Он давно испытывает неприязнь к Ива Сен-Лорану, который при жизни долгое время сталкивал его с Пьером Берже. Когда галерея «Ла Юн» была еще просто книжным магазином и располагалась в другом месте, Карл совершал туда набеги. А когда сам открыл книжный 7L, он переманил оттуда Эрве и Кат-рин. Он заказывал большое количество книг в «Галиньяни», часто по 2–3 экземпляра — для домов в Монако, Биаррице, затем в Раматюэле и Париже. Отец Даниэль Сабатье, управляющая «Галиньяни», победил Мухаммеда Али на Олимпийских играх в Риме, прошедших после Второй мировой войны. Как только у них появлялись книги о боксе, Даниэль дарила их мне. Я очень ценил это место, благодаря которому приучал к чтению всех детей в своей семье. Я осознал, что люди формируются под влиянием книг. Лучшим примером этого был Карл.
После назначения Эди на должность креативного директора Yves Saint Laurent, Карл немедленно посетил бутик и приобрел множество предметов одежды. Эди даже разработал для него эксклюзивную вышитую этикетку, поскольку Карл не переносит стандартные лейблы YSL
«
В магазине «Галиньяни» я все чаще интересовался рекомендациями по чтению. Сотрудники подсказывали мне, и благодаря им я открыл для себя Камю, Гоголя, Хемингуэя… Мои друзья не разделяют мой вкус, но я увлекся книгами о «Гарри Поттере». С большим интересом я прочитал роман «Последние дни наших отцов» Жоэля Диккера, биографии Майка Тайсона, Мухаммеда Али и даже книгу о Месрине, на которого был похож мой отчим. Я с жадностью поглощал эти произведения.
Я читал и постигал новые знания не ради демонстрации или чтобы соответствовать влиятельным людям. Я делал это исключительно для Карла и своих близких. Рядом с ним у меня началась новая жизнь, и появилась возможность доказать, что судьба не предопределена. Возможно, я не умею красиво говорить, но тем, кто открывает передо мной возможности, я отвечаю искренней любовью. Наши отношения с Карлом складывались таким образом, что необходимость в разговорах часто отпадала. Мы редко высказывали свои мнения, но между нами существовало полное взаимопонимание.
Фото: Карл Лагерфельд, Автопортрет, 2005 г.
Постепенно я становлюсь его глазами. Замечая какие-либо вещи, предметы, мебель, я фиксирую их на фотографии, чтобы продемонстрировать ему. Он работает долгие часы, и пока он занят, я отправляюсь на поиски. Я выступаю в роли связующего звена между окружающим миром и его сознанием, сосредоточенным на работе в Доме Chanel или в другом месте. Когда мне требуется узнать реальную стоимость вещи, я отправляю малоизвестного человека, которому назовут иную сумму, чем назвали бы Карлу Лагерфельду. Мне приходилось не раз убеждаться в этом. Все галеристы с левого берега Сены с радостью встречали его появление. Зачастую мы прогуливались по району пешком. Некоторые, знавшие наше расписание, пытались перехватить нас и что-то предложить. Если у тебя есть деньги, все стремятся тебя обмануть. Иногда в какой-нибудь галерее Карл говорит мне, что будет вести переговоры самостоятельно, и уходит с менеджером. На самом деле ему не хотелось бы, чтобы я видел, что он вообще не торгуется.
Карл иногда говорил мне в галерее, что будет вести переговоры самостоятельно и уходил с менеджером. На самом деле он не желал, чтобы я видел, что он не ведет никаких переговоров
«
Фото: Карл Лагерфельд, Автопортрет
С момента открытия бутика Colette на улице Сент-Оноре я всегда находил там то, что мне по душе: продавцов из разных социальных групп, гаджеты со всего мира, особенную, динамичную атмосферу и музыку. С 2000 года я почти каждый день обедал там. Сотрудники Colette проявляли ко мне особое расположение не только из-за того, что я был помощником самого важного клиента бутика, а также потому, что я сделал это место своим вторым офисом. Именно там Карл впервые приобрел ювелирные украшения Chrome Hearts и впоследствии увлекся этим местом. Там было много вещей, которые его вдохновляли. Он был очарован современными технологиями. По моему мнению, это просто замечательно – я сам неравнодушен к новым технологиям. Себастьян, продававший в Colette ювелирные изделия, часы и различные технические устройства, прекрасно понял, с кем имеет дело. Карл стал для него выгодным клиентом. В конечном итоге Себастьян заполучил номер его мобильного телефона. Они часто связывались напрямую, и это было очень удобно, особенно когда Карлу нужно было купить подарок Батисту [Джиабикони]. Он всегда покупал несколько экземпляров, чтобы и Брэду [Кроэнингу, американскому манекенщицу, которого Карл называл своей музой] досталось, и еще кому-нибудь. Но Карл слишком поздно осознал, что переплачивал за это и оставил в Colette огромные суммы. Себ в какой-то момент уволился оттуда.
Карл приобретал ювелирные изделия у Лидии Куртей для женщин, которых он любил: Анны Винтур, Виржини Виар, Ингрид Сиши, Сэнди Брант и Каролины, принцессы Монако. Бутик Лидии Куртей располагался на Сент-Оноре, недалеко от Colette. Мой дядюшка и я подшучивали над ним: всего несколько шагов по мостовой могли стоить Карлу целое состояние — на подарки для любимых.
Порой я незаметно добавлял свои костюмы или рубашки к вещам Анны, которые регулярно отправлялись в химчистку к Эрнесту Винзеру или мадам Польетт. Она всегда была большой любительницей химчисток. Еще в юности, в Лондоне, она каждое утро перед работой отдавала в чистку вещи, надевшие ночь.
